«Наша самая настоящая сердцевина»

Есть у меня такое убеждение, простое, как палка, и надёжное, как земля под ногами. Единственный Бог, который нас спасает, это не тот, что на иконах и не тот, что в храмах.
Он живёт в нашей груди, прямо за грудиной, чуть левее. Смотрит нашими глазами, даже когда они заплаканы, действует нашими руками, даже когда они трясутся. Он не отдельно от нас, он – наша самая глубокая, самая дикая, самая настоящая сердцевина.

Но этот Бог, он не даётся просто так, он рождается в самой густой тьме, какую только можно представить. Когда вокруг ничего не видно, когда кажется, что всё кончено и спасать нечего. Он проходит через все наши страхи, через нашу ярость, через предательства и унижения.
Он мучается вместе с нами, и только потом, когда мы уже готовы сдаться, вдруг оживает и выводит нас из того ада, который мы сами себе построили, из лабиринта собственных обид, собственных «надо», собственных заблуждений.

Я это проверяла. Не раз.

Дальше. Если ты нашла свой путь – настоящий, свой, не навязанный, то твой разум ведёт себя странно.
Он становится пустым, как хорошо проветренная комната и при этом безмятежным, счастливым, ясным.
Ты не думаешь всё время, не просчитываешь, не боишься упустить. Просто живёшь. А если не нашла, если всё время мечешься, примеряешь чужие дороги, пытаешься быть удобной, правильной, такой, как надо, тогда в голове пожар, беспокойство, неугомонность, чувство, что ты всё время что-то забыла или что-то не так сделала и счастья нет.

И вот тут важно. Сначала мы выбираем путь, напрягаемся, ошибаемся, пробуем, отбрасываем, а потом путь выбирает нас и начинает вести. И уже не мы решаем, куда идти, а он нас несёт как река щепку.
Щепка не сопротивляется, плывёт, так и мы, когда нашли своё.

И ещё человек устаёт. Это нормально.
Но устаёт он от того, что ему не родное, от выбора, который бесконечно надо делать, когда не знаешь, чего хочешь.
От пути, который ведёт непонятно куда.
От одежды, которая жмёт, но, вроде, модная. От чужих людей, от чужих дорог, от бесконечного подстраивания. Даже от собственного тела иногда нужно отдохнуть, потому что оно болит, потому что не слушается, потому что старое или уставшее.

Но есть вещи, от которых отдыхать не нужно. Совсем. От того, что входит в твою сущность, отдыхать не хочется, потому что это не забирает силы, а, наоборот, добавляет.
Это как дышать. Ты же не устаёшь дышать.
Как смотреть на закат не надоедает,
как обнимать того, кого любишь, никогда не хочется сказать: «Отойди, я устала обниматься»…

Вот тебе самый простой, самый верный способ понять: твоё это или не твоё. Отдыхать от этого хочется или нет.
Если после встречи с человеком ты валишься с ног – это не твой человек.
Если после работы ты на грани истерики – это не твоя работа. Если, занимаясь делом, ты постоянно ждёшь перекура – это не твоё дело. А если ты забываешь поесть, потому что тебе интересно – это оно.
Если, уезжая в отпуск, ты скучаешь по своему блокноту или по своей мастерской – это оно.

Сначала мы делаем выбор.
Да, мы выбираем. Пробуем, ошибаемся, снова пробуем, а потом выбор делает нас. Формирует, лепит, меняет. И это нормально. И всякий раз, когда падаешь, а падать будешь обязательно, подбери с земли что-нибудь. Камешек, веточку, мысль, урок. Не вставай с пустыми руками, потому что каждая твоя ошибка — это кирпич, из них строится дорога, а из побед, из падений и подъёмов.

И последнее, самое важное.
От своего духа отдыхать не надо. От своего Пути не надо. От своих людей не надо.
Если ты чувствуешь, что от кого-то или от чего-то тебе нужно отдыхать – это сигнал. Либо ты не настоящая, либо рядом с тобой люди не настоящие, те, кто сейчас не в себе, кто играет роли, кто надел маски и забыл, как их снимать. И тогда вопрос: от чего ты устала? От себя ненастоящей или от чужих масок? И та, кто поймёт ответ, уже на полпути к себе настоящей, которая не нуждается в отдыхе от самой себя.

ⓒ Ирина Агафонова